О различных аспектах жизни в Нью-Йорке, не приукрашивая эту трудную, но безумно интересную действительность: белоруска Алиса Ксеневич, прожив два года в этом городе, написала о нем книгу. «Пишу о том, чем живут, как работают, на что тратят деньги, как находят любовь и справляются с депрессией жители Нью-Йорка. Мне кажется, многим белорусам интересна тема жизни «наших» в Америке. Только когда все по-честному, а не сплошные восторги».
Почему я не хочу работать у русских
Русские американцы – особая категория людей, которая не вызывает у меня ни доверия, ни симпатии, ни желания быть частью этой среды.
Не хочется грести всех под одну гребенку, но судя по личному опыту и по опыту знакомых, на порядочность русских начальников лучше не рассчитывать. Платят мало, но и того, что должны, часто не доплачивают. Если знают, что у ребят проблемы с документами, платят меньше положенного минимума. О профессиональной этике речь не идет: раз свой, можно не церемониться, а хлопнет дверью, не стерпев скотского отношения, – на его место придут трое других.
С очень неприятным чувством вспоминаю свой недолгий опыт работы в русскоязычном издании в Нью-Йорке. Это был театр одного актера: спорить с редактором и отстаивать свою точку зрения было бесполезно. Меня уволили на четвертый день. Через неделю после моего увольнения «попросили» еще одну новенькую. Намекнув на непрофессионализм и прочие несоответствия, редактор не сразу согласилась оплатить девушке неделю работы. Закатывала глаза, прилюдно стыдила и всячески стремилась показать, что денег этих она не достойна. Не знаю, сколько таких некрасивых сцен, плачущих за порогом редакции девочек на совести этой женщины, но во многом благодаря ей я решила завязать с журналистикой в США и найти себя в новой профессии.
Русских американцев отличает предприимчивость, они открывают собственный бизнес и уже сами выступают в качестве нанимателей. Печально, что порой люди сволочеют и готовы удавиться за каждый доллар. Знаю немало историй, когда ближайшие родственники ссорились из-за денег. Причем часто тот, кто находится в лучшем материальном положении, готов выдрать у родного брата (сестры) последний доллар. Совершенно обыденна ситуация, когда близкий родственник перебирается к другому в США и, еще не успев как следует освоиться, платит тому за аренду комнаты, еду, участвует в оплате коммунальных платежей и интернета. Вроде все по справедливости, но как-то не вяжется с нашим менталитетом, когда не то что сестра – подруга – может задержаться «в гостях» на неделю-другую, и никто не стребует с нее денег за постой.
В Америке люди быстро становятся материалистами. Когда они прилетели в США, то были совершенно одни. Сами искали жилье, работу, вкалывали сутками (и это не преувеличение) чтобы оплатить счета. Такого же рвения они требуют от членов своей семьи, коль уж те решили обосноваться в Америке.
О рабочей этике американцев мне бы хотелось сказать отдельно. В большинстве своем американцы – трудоголики и карьеристы. Работать начинают еще в подростковом возрасте: кафе, рестораны быстрого питания, заправки, магазины одежды… Наиболее толковые быстро продвигаются в карьере, дорастая к 25 годам до ведущих позиций.
Очень многие американцы зависимы от энергетических напитков. Откройте любой холодильник – и на полке, где мы обычно храним кефир и молоко, будет стоять батарея разнокалиберных бутылочек. Ноль калорий, 5 часов энергии, отсутствие «похмельного» синдрома на следующее утро… Их все время совершенствуют, маскируя то под минеральную воду, то под мятные пастилки. То, что время – деньги, в Америке понимают все.
Здесь принято работать с полной самоотдачей, в то время как в половине белорусских офисов нормальная ситуация – сидеть во время рабочего дня в социальных сетях, попивать чаек по 5 раз на день, отправляться на пятнадцатиминутные перекуры. Американцы не привыкли филонить и опаздывать. Порой эта самоотверженность в труде доходит до крайности – люди отказываются идти на больничный, накачивая себя антибиотиками, женщины работают до последнего дня беременности, проводя по 8 часов в день на ногах (если работа того требует).
У нас говорят: «Утро вечера мудренее», а в Америке – «Сон – двоюродный брат смерти».
Часовой перерыв на обед есть не у каждого. Как правило, дают полчаса, которых едва хватает на то, чтобы съесть сэндвич, выпить чашку кофе и ответить на пропущенные звонки.
Менеджеры часто просят работать сверхурочно, в праздники и выходные, и люди не отказываются. Много тех, кто работает по 10-12 часов в сутки, но не из любви к работе или стремления выслужиться. Просто Нью-Йорк – очень дорогой город. Здесь бытует анекдот, хорошо понятный жителям города: «Накопительный счет в банке? Хорошая шутка!»
Годовой доход семьи, где работают оба родителя, в среднем составляет порядка 50 тысяч долларов в год. Арендная плата за двухкомнатную квартиру – 3800 долларов в месяц на Манхэттене и 3000 долларов в Бруклине. Денег на еду и одежду остается совсем немного, и чтобы жить, а не выживать, приходится крутиться, искать дополнительные возможности заработать или увеличивать количество рабочих часов на имеющейся должности.
Люди, праздно сидящие в кофейнях с ноутбуком, – это отчасти безработные (их в Нью-Йорке – 8,6%), люди, частично занятые (15% от городского населения), а также те, кто может работать, не выходя из дома: блогеры, дизайнеры, редакторы, фильм-мейкеры, social media менеджеры – вся эта хипстерская рать.
Они выходят в парк или кафе, чтобы посидеть среди живых людей, размять затекшие конечности, вдохнуть некондиционированного воздуха, а затем возвращаются в свои комнаты, где проводят перед монитором еще 10 часов. Ужин обычно заказывается по интернету и съедается тут же, на кровати или в кресле, в то время как левая рука продолжает клацать по клавиатуре.
Через полгода работы на новом месте дается отпуск – 5 дней. Через год – аж 12 дней. Через три года можно рассчитывать на все 24.
Продуктивность каждого сотрудника отслеживается компьютерной программой. Опоздания и ранние уходы – тоже. Не показываешь нужного компании результата – приглашают на беседу с менеджером. Несколько таких бесед, и можно начинать искать новую работу. Никто не будет держать непродуктивного работника из жалости или из-за его родства с начальником.
А теперь история из жизни. Моя сестра перебралась в Нью-Йорк из Техаса, не зная здесь никого. Жилье нашла по объявлению в интернете. За место на пластмассовом диване в гостиной (своей комнаты у нее не было) платила 700 долларов в месяц. Первые полгода сестра работала барменом в трех ночных клубах, один из которых находился аж в Нью-Джерси (везде требовался опыт работы в Нью-Йорке, которого у нее не было, так что выбирать не приходилось). Работала по 14 часов в сутки, без праздников и выходных. Потом добавилась работа в фитнес-клубе, которая поначалу совсем не кормила. Спать в клубе не разрешалось, и она делала это украдкой, расстелив полотенца на бетонном полу под пожарной лестницей. Коллеги по фитнесу делали ставки на то, как скоро она потеряет сознание. Однажды сестра работала 30 часов подряд, с двухчасовым перерывом на сон. Это был ее худший день в Нью-Йорке. Январь – самое холодное время – разваливаются ботинки, а на новые нет денег. Менеджер сделал выговор за плохую работу (в бар она приходила уставшая и часто путала заказы). На втором месте работы – в Нью-Джерси – ее вообще развернули домой, потому что слишком мало людей пришло в клуб. Денег у сестры оставалось только на стакан кофе и булочку. Дрожащими от усталости пальцами она попыталась пропустить проездной через считывающее устройство в метро, но карточка выпала из рук. Сестра нагнулась, чтобы ее подобрать, и выронила кофе. Слезы, смертельная усталость, жалость к себе, ни одного близкого человека рядом… Все это она пережила и выкарабкалась. Когда спустя полгода к ней перебралась я, фитнес начал кормить, количество клиентов росло, появилась возможность оставить работу бартендера. Еще через полгода мы переехали в съемную квартиру в самом престижном – финансовом – районе Нью-Йорка, где сестра работала фитнес-тренером на Уолл-стрит. Еще через год она отучилась на курсах риелторов и была принята на работу в крупнейшее агентство по продаже недвижимости в Нью-Йорке.
Никто не говорит, что здесь просто. Допускаю, что немалое количество людей, обладая тем же стартом, что и мы с сестрой, так и не смогли найти свое место под солнцем. Но лично я хочу оказаться в числе тех, у кого это получилось. Не бывает стыдной работы или «не пригодившегося» образования. Стыдно ныть и злорадствовать. А возможности двигаться дальше есть и будут.
Алиса Ксеневич.
Источник http://news.tut.by/kaleidoscope/384174.html
