Метка: бронкс

Среди ньюйоркцев у Бронкса репутация неважная. Виной тому криминальные «страшилки», которые о нем разнесли по городам и весям. Даже писатель-нацбол Э. Лимонов внес свою лепту в упрочение этой репутации, описав путешествие Эдички с Ист-Сайда на Вест-Сайд и уподобив Бронкс руинам Сталинграда 1943 года.

Однако все это касается лишь небольшой его части — Южного Бронкса, остальные же районы данного боро Нью-Йорка — места исторические, дарящие человеку любознательному замечательные открытия.

Но откуда «есть пошел» этот самый Бронкс, который пожилая русскоязычная публика зовет Бронском — так на родной язык проще ложится. Свое сегодняшнее название район получил в честь голландского капитана шведа Йонаса Бронка, который стал первым европейцем, в 1639 году прибывшим в эти места. Далее все было почти так же, как и с другими районами Большого Нью-Йорка (тогда город еще назывался Новым Амстердамом): он приобрел у голландской Вест-Индской компании во владение 500 акров здешней территории между рекой Гарлем и рекой, известной затем как Бронк, или Бронкс. В 1664 году голландское владычество закончилось, но за землей закрепилось нынешнее название. Англичане, похоже, не возражали.

Жители Бронкса все время подчеркивают, что место их обитания — единственный материковый район Нью-Йорка. Само по себе едва ли это предмет особой гордости, но есть такая неизбывная вещь, как местный патриотизм. Кроме того, и это действительно стоит отметить, четверть территории Бронкса — зеленая и парковая зоны. Тут и Нью-Йоркский ботанический сад, где в оранжерее и на открытом воздухе представлены полтора десятка тысяч видов флоры со всего мира, а рядом устроенный для детей Парк приключений; и Пелхэм-Бэй парк с пляжем на целую милю; и огромный зоопарк, основанный в 1899 году, буквально через год после того, как Бронкс стал частью Большого Нью-Йорка, здесь — это отмечают и любители, и специалисты — удобно и обитателям, и посетителям. Немногочисленные путеводители по Бронксу расскажут, что совсем недалеко отсюда находится небольшой Дом-музей Эдгара Аллана По, где он прожил три года (1846-1849 гг.) со своей умирающей женой Вирджинией, именно здесь он написал знаменитую новеллу «Аннабел Ли», посвященную ей. Не забудут они упомянуть о Музее истории Бронкса и Фордэмском университете — учебном заведении с серьезной репутацией.

Стремительное развитие Бронкса началось в XX веке после Первой мировой войны, чему способствовало продолжение сюда ветки метро и бум жилищного строительства, привлекшие в эти места тысячи недавних иммигрантов — ирландцев, итальянцев и особенно евреев (по данным еврейских организаций, их соплеменников здесь проживало больше полумиллиона — почти 44 процента от общего населения; однако сравните: в 2002 году — их всего 45 тысяч), за ними поехали французы, немцы и поляки.

Во времена «сухого закона» в Бронксе вовсю развернулись гангстеры и бутлегеры. В основном контрабандное виски перевозили ирландцы, итальянцы и поляки. Таким образом, к 1926 году Бронкс был отмечен как место повышенной криминальной активности, в частности, здесь имело место быть самое большое в Нью-Йорке количество подпольных баров — speakeasies.

После 30-х гг. число ирландских иммигрантов уменьшилось, и в 40-х стали преобладать немцы, 50-е годы прошли под знаком и влиянием итальянцев, 60-е — евреев, а затем поколение 30-х попросту состарилось, и многие направили свои стопы в места более теплые и спокойные — во Флориду, Палм-Бич и т.д. Миграция стала увеличиваться за счет испаноязычного населения (по большей части выходцев из Пуэрто-Рико и Доминиканской Республики), белое население передвинулось на юго-восток и северо-запад Бронкса.

Та самая не слишком симпатичная репутация сложилась в основном в середине 60-70-х годов прошлого столетия. Именно тогда ухудшилось то, что принято называть «качеством жизни». Обусловилось это несколькими причинами, но главная — наркотики. 60-70-е прошли в дыму марихуаны и галлюцинациях ЛСД, начало 80-х — время кокаина, однако кокаин стоил дорого, и на смену ему пришел искусственный дешевый крэк, вот тогда и началось… На него стали «подседать» поголовно — и мужчины, и, что раньше бывало редко, женщины; постепенно утрачивались такие ценности, как семья, долг, ответственность за детей. Власти забили тревогу и середине 1980-х приняли десятилетний план по развитию и строительству дешевого социального жилья, так называемых «праджектов». Администрация района действительно к началу нового века вложила в новое строительство и, соответственно, в общую структуру обеспечения жильем около миллиарда долларов, и потихоньку дело стало сдвигаться с мертвой точки. Бронкс начал приобретать черты места, все больше привлекающего средний класс.

В районе стали уделять внимание молодежи: развиваются различные социальные программы, в том числе для детей и юношества, которое манит к себе слава игроков команды «Янкис», благо в родных местах расположено едва ли не главное нынешнее достояние Бронкса — огромный — на 54 тысячи зрителей — одноименный стадион. Наряду с этим поборникам здорового питания приятно будет узнать, что именно в Бронксе в 1942 году Дэниэлом Карассо, франко-испанским потомственным бизнесменом, был открыт первый в стране завод по производству йогурта — знаменитый ныне «Данон».

В разные времена свои герои — здесь обязательно вам напомнят, что в этих краях в 1933 году родился Луис Юджин Уолкотт — лидер «Нации ислама» Луис Фаррахан. В 1940 году в Южном Бронксе появился на свет замечательный актер Аль Пачино, а в 1942 году в семье еврейских иммигрантов из Венгрии родился будущий знаменитый дизайнер-модельер Кельвин Кляйн. В роскошном поместье Уэйв-Хилл в Ривердейле в разное время жили Теодор Рузвельт, Марк Твен и Артуро Тосканини. А на старом кладбище Вудлон поклонитесь праху Дюка Эллингтона.

В общем, не так страшен Бронкс, как его малюют.